Документы по кадетским корпусам времен Елизаветы Петровны

ПЛАН ОБ УЧРЕЖДЕНИИ ПРИ АРТИЛЛЕРИИ ШЛЯХЕТСКОГО КАДЕТСКОГО КОРПУСА

В этот корпус в кадеты записывать российских дворян и таких, которым табелью о рангах дворянство дается, равным образом и о подданных ос императорского величества лифляндцах и эстляндцах разумеется, только с тем, что уже они из службы выходить не могут, одинаково как и российские, а если кто из иностранных дворян пожелает, таких записывать с обязательством вечного подданства...

Пищей довольствоваться имеют за общим столом и полагается на каждого по гривне на день, что учинить тридцать шесть рублей в год, а на всех девять тысяч семьсот девяносто два рубля. Эта сумма полагается на все, что касается до стола кадетов с капралами, и вручается в особенное смотрение гофмейстеру, которому надлежит прилежно наблюдать, чтобы кадеты довольны были пищей.

Как скоро кадет в корпусе определится и пришлется в роту, то ему ротный командир назначит квартиру и перепоручит унтер-офицеру того капральства и старшему той комнаты в смотрение, и при том приказывает обмундировать и обучить военной экзерциции через две недели. По прошествии двух недель ротный командир представляет новоопределенного к майору, который определяет его в классы, дав табель за своей рукой и расписав точно часы, где которые ему быть и имена учителей: этим табелям надлежит быть у майора записанным в книге, т.к. в них есть великая важность и весь порядок учения по ним располагается.

Кадет, получа этот табель, объявляет это дежурному капитану, который посылает его к тем учителям, которых имена в табели написаны, а учителя вписывают его в свои листы, а табель возвращается кадету, которому его под жестоким штрафом надлежит хранить. Если определенный покажет, что он чему-нибудь учился прежде или на своем коште, или в университете, то в первом случае приказать его освидетельствовать, во втором же надлежит, взяв от него аттестат... и написать в такие классы, в такие по знанию его следовать будет. Если определенный ничему прежде не обучался, то определять тех сперва в нижние классы к подмастерьям и можно вдруг вступить в классы немецкой, французской, арифметической, рисовальной и в экзерциции. Это смотреть надлежит майору и рассуждать по остроте определенного, также надлежит смотреть, исправно ли определенный русской грамоте и писать умеет. Если несовершенно обучен, то надлежит необходимо доучивать.

Французскому, немецкому языкам, истории и географии, механике, гидравлике и аэрометрии, архитектуре гражданской, географии математической, химии, основания экспериментальной физики показывать, натуральной истории, военных экзерциции, танцам, фехтованию, верховой езде, арифметике и простой алгебре, геометрии, высшей геометрии и о свойстве трех рассечений конуса и о прочем; артиллерии и фортификации, фейерверочному искусству и рисованию.

Если случатся в корпусе унтер-офицерские вакансии, то прежде ротный командир аттестует кадета в поведении, а учителя в науках, но понеже и полковнику состояние всякого кадета знать должно как в поведении, так и искусстве, то ему, взяв в рассуждение аттестат, самому рассматривать, сходен ли он с правдой, и потом представлять директору корпуса, а он, рассмотри, представит генерал-фельдцейхмейстеру, и от него произвождения ожидать...

Всякий кадет и унтер-офицер не может меньше бытия своего в корпусе пяти, а в военном классе двух лет, офицером действительно в службу выпущен быть, и надобно, чтобы он в это время через прилежность хорошее знание в науках приобрел. Разве которые из них отменное перед другими в науках знание получат, то таковых и менее положенного времени бытности их в корпусе и в классе, по рассмотрению генерала-фельдцейхмейстера, не дожидаясь термина (т.е. срока) выпускать, напротив того, ежели которые не столько, сколько надлежит, в науках просвещения получат, то таковые и долее положенного времени в корпусе остаться имеют.

Когда ж которые кадеты в корпусе пятилетние, а в классе военном некоторое время будучи, подлежащим наукам сколько возможно обучатся, то директор вместе с полковником и учителями военного класса назначит пятьдесят человек к произвождению в офицеры, то есть половину сколько в военном классе числом кадет находиться будет, учиня прежде им экзамены, и с аттестатами представит к генералу-фельдцейхмейстеру, показав точно, который кадет сверх прочих наук в артиллерии, или в инженерстве, или ж военной полевой науке больше знания приобрел, и к чему больше склонности имеет, и в которую из них службу к выпуску способнее. Потому генерал-фельдцейхмейстер, рассмотрев, произвождение им учинит на таком основании, чтоб кадеты и капралы в артиллерию и инженерный корпус в штык-юнкеры и прапорщики, а унтер-офицеры и сержанты в подпоручики; в армию ж капралы и унтер-офицеры против тех же чинов выходить могли.

Когда двухлетний термин офицерам в военном классе бытности минует, то генерал -фельдцейхмейетер их на имеющиеся вакансии в артиллерию и инженерный корпус определят, а принадлежащих в армию для такового ж определения в военную коллегию отослать... Потом генерал-фельдцейхмейстер места их в классе, таким же порядком произвождение учиня, наполнит. Но если из таковых к выпуску подлежащих по особливой их перед другими остроте и прилежности предусмотрится дальнейшая надежда к знатному просвещению в науках, то имеют таковые еще на несколько времени в классе оставлены быть и, конечно, не менее году или двух, смотря по обстоятельствам, и потом уже выпущены быть с награждением за науку еще одного ранга; буде же из оных кто способнейшим усмотрится по прилежности и наукам в кадетский корпус в офицеры, то и туда их производить. Кадетов комплект в военном классе полагается сто человек, из них пятьдесят офицерами произведутся, а прочие кадетами находиться будут и по совершенном выпуске офицеров их места заступить имеют. Однако же в воле генерала-фельдцейхмейстера оставляется, чтобы по усмотрению его в случае недовольного числа офицерских вакансий в артиллерии, инженерном корпусе и армии может комплект офицеров в военном классе и уменьшен быть, и как ни велика польза для армии будет, когда из военного класса наученные офицеры во оную выпускаемы будут, однако же усугубится она более, если вашего императорского величества высочайшее соизволение будет всякий год из артиллерийских и инженерных офицеров, а по нужде и из штаб-офицеров некоторое небольшое число в армию выпускать... в чины, особенной способности, наук и знания требующие, как то в генерал-квартермистры, обер- квартермистры, также и в генерал-вагенмейстеры. А это тем более важно, что наука артиллерии и инженерства и практикой знание состояния своих крепостей и положения мест между ими великие подадут способы к полезнейшему расположению армии и во всем распорядке в разных случаях, хотя бы не только в оборонительной, но и в наступательной войне случилось.

Кроме военной пауки, материи столь богаты, что их подробно описать трудно, по только некоторое оглавление для знания, о чем трактовано будет, объяснить возможно, того ради предписывается обучать.

1. Всему тому, что до военного дела касается, как то экзерцицию конную и пешую, солдатскую и унтер-офицерскую, а особенно маршировать вперед, вбок, накось и назад, тихо, посредственно и скоро, ровным образом без замешания и проворно наполнить во фрунте места упалые во время сражения и все то, что до действа принадлежит с неприятелем; також разводить на часы, сменять, различие знать барабанных боев, как солдатам жить в артелях, ефрейторскую, капральскую и унтер-офицерскую должности.

2. Художеству воинскому, каким образом офицеру во всяком фронте обращаться, как в роте и полку повеления давать, как стрельбу всякую производить, как одету солдату быть должно, что на содержание его дается, как повеления командирские от главного до последнего доходят, как исполнения по ним делаются, должности из них каждого и, словом, всему, что в военном уставе предписывается; не меньше — во что солдат, полк, рота становится содержанием; в какие сроки получают вещи мундирные и аммуничные, как эти вещи раздаются и употребляются, какое хорошее смотрение быть должно о надлежащем того сбережении и прочее, например, и как то жалование, провиант и фураж раздавать и при жаловании какие у кого вычеты чинятся.

3. Науке военной, как всякий фронт устроить, зачав от фронта ефрейторов даже до фронта полкового, и как во оном поступать и какие обращения или эволюции делать, и к чему они потребны, как маршировать и где какое прикрытие употреблять, каким образом С конвоями и деташаментами поступать, как лагерем становиться и его укреплять и что при том примечать надлежит; как внутри государства маршировать, на квартиры становиться и из них выступать, как во всех случаях полк содержать в порядке и строгости, как суды производить и какие класть за погрешения штрафы, какой порядок письменный при полках содержать; читать всех военных авторов и делать из них рефлекцы, рассуждать о всех знатных баталиях и акциях и рассуждать те погрешности, от чего они потеряны, и те случаи примечать, чем выиграны, рассуждать же о настоящих политических делах в Европе и о военных силах других держав.

Чтобы учреждение военного класса не только находящимся и обучаемым в нем, но и прочим военного дела людям пользу производило, то генерал-фельдцейхмейстеру установить должно публичные экзамены, в которых кадетов и офицеров военного класса в их обучениях, как и в прочих науках, публично свидетельствовать...

Задачи, до этого искусства касающиеся, решены должны быть доказательствами такими, которые не только б не сомнительны были, но и по генеральным правилам и с утверждением военных авторов или истории, представя вымышленную войну, показав положение места, где она производится, силу с обеих сторон, как ежедневное произведение в ней следует, какие командир повеления дает и, одним словом, все, что в целую войну случиться может. Только чтобы все было представлено с доказательствами, как выше этого сказано...

Содержать надлежит молодых людей весьма строго и за преступления штрафовать... Только надлежит при том знать умеренность, и для того кадетов никому, кроме ротных и дежурного капитана, штрафовать не позволяется. И если что непорядочное офицером или унтер-офицером усмотрено будет, о том надлежит донести в роте ротному командиру, а в классах и при столе дежурному капитану; которые ж будут провождать свое время в лености и не будут показывать ни малейшей охоты к наукам, таких сперва наказывать фуктелем, арестом, не пускать их со двора, наряжать в шутошное платье. Если же ничего не поможет, то, чтоб такие не занимали места у других, отсылать для написания в армейские полки в унтер-офицеры или рядовые, смотря по их поведению. А если кто из кадетов впадет в большие преступления и пороки, в воровство или в другое тому подобное бесчестное дело, таких наказывать публично розгами и, выписав из корпуса, определять в фузелеры или отсылать в военную коллегию для написания в солдаты в армию. Что ж принадлежит до офицеров, обучающихся в военном классе, то если из них кто какие непристойности учинит, имеют как офицеры штрафованы или, смотря по поступку, и судимы быть.

По всему шляхетному кадетскому корпусу с классом военной науки учреждению, для лучшего порядка и смотрения в должностях и учениях необходимо, чтобы в директоры в корпус определен был такой человек, которого бы знание военного дела и охота, сопряженные с достоинствами его особы, служили примером всем подчиненным к исполнению должностей их...

В корпусе полагается действительно один полковник и один майор, а в военном классе учителей шесть человек, из них двое бригадирских, двое полковничьих, а двое подполковничьих армейских чинов. Однако же им числиться кадетского корпуса штаб-офицерами, то есть подполковниками и майорами, хотя они, кроме настоящих полковника и майора, корпусом править и не будут, но кадеты лучше при всех случаях их, как своих точных командиров, почитать и в непристойностях опасаться станут...

ПОЯСНЕНИЕ, В КАКИХ ЯЗЫКАХ ЭКЗЕРЦИЦИЯМ И НАУКАМ ОПРЕДЕЛЯЕМОЕ ЮНОШЕСТВО В АРТИЛЛЕРИЙСКОМ И ИНЖЕНЕРНОМ КОРПУСЕ ОБУЧАТЬ НАДЛЕЖИТ, А ПРИ ТОМ ДОКАЗЫВАЕТСЯ. КАКАЯ ПОЛЬЗА ИЗ ОБУЧЕНИЯ ИХ ПОСЛЕДУЕТ, В ПРОТИВНОМ ЖЕ СЛУЧАЕ КАКИЕ НЫНЕ НЕДОСТАТКИ ОТ НЕДОВОЛЬНО ЗНАЮЩИХ ЛЮДЕЙ ПРОИСХОДЯТ И СКОЛЬ ВЕЛИКИ ЗАТРУДНЕНИЯ ВО ИСПРАВЛЕНИИ И ПРЕДПРИЯТИИ ГОСУДАРСТВЕННЫХ ВАЖНЕЙШИХ ДЕЛ ОТ ТОГО БЫВАЮТ

Обучать в языках. В артиллерийской и инженерных школах чужестранных языков не учат, а на российском языке книг, как источников, откуда науки почерпаются о фортификации и артиллерии (кроме некоторых неисправных переводов), нет, и так сим множество способов отнимается артиллеристу и инженеру получить надлежащее совершенство в знании...

Словом, чужестранные языки нашему юношеству необходимы, а особенно тем, которые в артиллерии или в инженерном корпусе служить определяются.

Чтобы не похитить много времени учащегося и тем не отнять бы способа привести в совершенство науки, которые должность его составляют... нужно обучать назначенное юношество в артиллерийскую и инженерную службу только двум чужестранным языкам, то есть немецкому и французскому, ибо последний из них почти универсальным языком становится, и столько книг на этих языках, и что учащемуся в них никакого недостатка быть не может.

Географии и истории. Знание истории и географии политической нужно всякому, а необходимо дворянину, к военной службе приготовляющемуся. История, открыв завесу древности, представит великих героев и полководцев...

История больше в сердце молодого человека добродетелей вливает, нежели наистрожайшее нравоучение, а сколько подает военнослужащему пользы, того и описать нельзя. Но если историю учить таким порядком, как то в некоторых училищах бывало, то есть твердить наизусть годы, имена и достопамятные приключения, например, сколько от сотворения до потопа лет, в которой олипиаде родился Александр Великий, много ли было в первом веке цесарей и как их звали, много ли от начала Рима было консулей и диктаторов и тому подобное, — от такого порядка учинением истории, как выше описано, пользы ожидать неможно...

География политическая учит молодого человека: разделению земель, положению их, образ правления, показывает границы соседства, описывает корабельные пристанищи, реки, озера и прочее. И так, возможно ли сомневаться, что знание этого офицеру не нужно.

Архитектура гражданская. Архитектура гражданская учит, как спокойно, прочно и красиво строение по намерению производить, но при том даст правило, каким образом, угождая хозяину во всем, последовать, чтобы строение свою совершенность иметь могло. Сколько же эта наука в обществе нужна, о том уже доказывает повседневное производство знатных, а притом еще необходимо нужных государственных строений, на которые великие иждивения употреблены бывают. Есть же другая необходимость инженеру эту науку знать затем, что во всех крепостях, исключая только резиденции, цивильные строения для распорядка подвержены в его смотрение, а притом построение комендантских домов, гаупт-вахт, магазинов, ворот, мостов и прочих тому подобных в крепостях строений на нем же зависят. А притом еще в некоторых местах производство этих строений бывает без знающего человека в архитектуре гражданской, и из этого-то незнания происходят чудные строения, которые больше схожи на азиатские или старинные терема, нежели на порядочные строения, какие ныне в Европе производятся...

Другие же от незнания это важное дело пренебрегают не рассудя, почитая за безделицу и, произведя в действо непропорциональное строение, подвергают не только его падению, но притом иногда причиняют падением их великие несчастья тем, кто или жить и по должности присутствие свое в них иметь должны бывают, не упоминая о том, что через перестройки их невозвратные убытки казне следуют, а в отвращение этого великого недостатка, равномерно и для полезностей обществу, происходящих от знания основательно этой науки, обучать архитектуре гражданской в учреждаемом корпусе неотменно надлежит.

География математическая. Она весьма потребна инженеру и служит предводительницей при сочинении карт, помощью которой можно искусно описывать места, берега и прочес... Взяв расстояние по широте экватора, узнает, в желаемом ли месте и в том ли расстоянии от известных мест находится, где ему быть надлежит. Сочиня же карты, не знав уменьшение в градусах параллельных экватору, больше станет склоняться к западу или востоку, а это все приписать можно незнанию географии математической. Обучась же ей, получается немалый успех, ибо известное наблюдение одного меридиана, где кто начинает сочинять Карту, может его к большему поправлению их доводить, не приемля ж того в руководство, будет всегдашним неверностям подвергнут, от чего делаются весьма неисправные карты, па которые в случае надобности на их верно обнадеется невозможно, да и притом не только внутренние места государства, но и многие пограничные дистанции, за малоимением достойных искусных сочинителей карт, по настоящее время неизвестны. А это сколько полезно иметь в исправлениях государственных важных дел, столько насупротив затруднительно производство без них бывает. Это доказательство не требует, но самое течение повседневных дел довольно сей недостаток показывает.

1. Химии.2. Основании экспериментальной физики показывать.3. Натуральной истории. От знания же химии получит способы и правила, как наилучше растапливать и сливать металлы, что немало причиняет в незнании ее при литье каждого орудия вредительных затруднений и убытков, в делании же пороха, литровании селитры и приготовлении прочих составов знание химии весьма потребно, по праву которой артиллерист может приготовлением из самых обыкновенных составов наисильнейший порох произвести. Через изъяснение же натуральной истории и через экспериментальную физику, не вступая еще в самую практику, показать возможного правила о движении, равновесии жидких тел, также и о свойстве и тяжести металлов и самого воздуха. От чего учащийся немало получит понятия о всех бываемых полезностях или затруднениях, а будучи известен, узнает, что ему вредительно в его отправлении быть может, заранее приготовляется, каким образом наиспособнее от того удалиться или оное отвратить, — а что приносит пользу, то каким образом с лучшим успехом это в дело употребить.

...Довольно для артиллерийского или инженерного офицера, если он иметь будет хорошее основание. Люди суть неравной способности, один человек вещь скорее понимает другого. Итак, если кто имеет охоту и к тому дар натуры, то может, положа такое основание, далее в испытании упражняться и до вышняго градуса достигнуть.

В военной экэерциции, танцам, фехтованию. Экзерциции также для офицеров весьма необходимы, и так за нужное почитается, чтобы юношество им обучалось; твердое знание ружейных приемов неспорно надобно офицеру, ибо этому рядовых должен обучать, а все то, чему других учить нужда будет, совершенно знать должно. Танцы делают его стройным, а фехт боден делает крепким и проворным и приводит в состояние в нужном случае спасти жизнь и честь свою защитить.

Теперь... к главнейшим наукам артиллерийского и инженерного училища. Это артиллерия и фортификация. Что эти науки одна от другой много заимствуют и что училищу инженерному и артиллерийскому быть должно одному училищу, о том никто сомневаться не может, ибо польза, которая из того может произойти, весьма ясна, — для чего артиллеристу не делать батарей, не назначивать траншей и вести сапы и инженеру не стрелять из пушек и не бросать бомб. Правда, по настоящему расположению артиллерийской и инженерной школ то и быть не может, ибо при инженерном корпусе не обучают артиллерии, а при артиллерии фортификации, а какие из того иногда при армиях затруднения быть могут, то, мне кажется, разобрать нетрудно. Напротив того, когда училище артиллерийское и инженерное будут соединены, то выпущенному из него офицеру необходимо обе науки, то есть артиллерию и фортификацию знать должно. Чтоб было не можно, будучи артиллеристом, быть хорошим инженером, это так же вероятно, как если б и то сказать, что математик философом быть не может, хотя и то правда, и люди имеют разные склонности, один будет больше иметь охоты к артиллерии, другой же к фортификации. Следственно, в одной науке больше может успеть, нежели в другой. Рассуждая это, можно их по склонностям и определять в команды: который больше имеет склонности к артиллерийской службе и больше успеха в той науке, того в артиллерию, а кто больше охоты имеет к фортификации, того в инженерный корпус.

Арифметика и простая алгебра. Наука счисления есть основание весьма математическим наукам, которую надлежит учить с основанием, показывать все правила и изъяснять их примерами. Также и артиллерийском и инженерном училище надлежит учинить счисление литерами. Оно правила счисления изъясняет и подает превеликую легкость в доказательствах элементов Эвклидовых. Нынешние авторы пишут все свои дела алгебраически. Итак, не зная основания этой науки, ими пользоваться нельзя... Эта наука весьма трудна, и надлежит употребить многие годы, чтобы получить в пей знание. Притом же требует беспрестанного в пей упражнения, а офицеру, в рассуждении его службы, и время недостанет всегда сидеть за книгой. Но довольно для офицера, если он знает способ извлекать радиксы натуру сравнением и словом, что называется алгеброй простой, а кто имеет склонность и охоту, тот дальнего совершенства искать может.

Когда учащийся надлежащее знание в науке счисления получит, то надлежит ему показывать основание геометрии.

В геометрии. Знание геометрии артиллеристу и инженеру необходимо, а каждому, кто только чему-нибудь учиться хочет, нужно. Эта наука есть истинное основание всем наукам в свете, она научает нас здраво рассуждать, верно заключать и неопровергаемо доказывать. Она сохраняет нас от многих заблуждений, ибо геометристу труднее какое-нибудь предложение доказать обманчивыми доводами, нежели философу.

Эвклидовы элементы суть основание этой несравненной науки необходимо учащимся предлагать должно и стараться, чтобы они их знали совершенно. После надлежит им показывать исчисление площадей, также и деление их, свойство и употребление логарифмов и, наконец, конструкцию и потребление инструментов, с помощью которых снимаются места, сочиняются карты и которые при нивелировании употребляются.

Рисовать. Это искусство нечто совершенное в сочинение всякого рода чертежей приносит. Не довольно того, чтоб только оно украшением служить могло, но самая нужда того необходимо требует инженеру в показании на бумаге разных фасадов и профилей, без чего он надлежащего и сходного натурой виду, а особенно при нерегулярном положении без рисования придать своему делу не может. Артиллерист же, не зная рисовать, в украшении пушечном и прочих орудиях и всей казенной части прямого виду по бумаге не покажет, умалчивая об фейерверкере, которому составляет это искусство половину дела. То же и архитектуре без рисования никаким образом обойтись невозможно. И для того здесь полагается обучать в рисовании...

«Исторический очерк образования 2-го кадетскою корпуса». Спб.,1862.