|
Академия гуманитарного и социального образования ТГУ имени Г. Р. Державина
ДВОРЯНСКИЕ УЧЕБНЫЕ ЗАВЕДЕНИЯ ТАМБОВСКОЙ ГУБЕРНИИ Проблемы образования и воспитания дворянских детей всегда были в центре внимания российского самодержавного государства. С этой целью правительство создавало во многих губернских центрах, в том числе и Тамбове, сословные учебные заведения — институты благородных девиц для девочек и кадетские корпуса для мальчиков.
Занятия в Тамбовском Александринском институте благородных девиц в только что построенном по проекту архитектора А. П. Брюллова здании началось 20 августа 1843 года [1; с. 4]. Основное внимание обращалось на воспитание в ученицах религиозного чувства и укрепления веры. Поэтому начальница института строго следила за исполнением религиозных обрядов воспитанницами и присутствовала вместе с ними в церкви на богослужении, а также на ежедневной общей молитве. По уставу института 1843 г. цель воспитания и образования заключалась в том, чтобы окончившие курс воспитанницы могли быть впоследствии «добрыми супругами, нежными матерями и примерными наставницами, могущими служить в окружающем их обществе примерами нравственных совершенств и распространять в кругу своей семьи приобретенные ими познания наук и искусств». Помощницами начальницы в деле воспитания и надзора были классные дамы, по две на каждый класс, избираемые начальницей, утверждаемые Советом института. Классные дамы должны были по очереди, через день, безотлучно находиться при воспитанницах. В помощь им в занятиях с воспитанницами младших классов назначались пепиньерки из воспитанниц, окончивших курс института. Впоследствии они могли быть назначены классными дамами [1; с. 65]. Институт по Уставу 1843 г. был закрытым учебным заведением, так как никто из воспитанниц не отпускался домой до окончания шестилетнего курса, или, по крайней мере, не ранее трехлетнего пребывания в институте. Отпускать воспитанниц разрешалось только в случае опасной болезни или смерти ближайших родственников, и только под надзором и в сопровождении классной дамы или другого доверенного лица под ответственность последнего. Посещение воспитанниц родственниками допускались в определенные часы, свободные от занятий, не более двух раз в неделю [1; с. 66]. Первоначально курс обучения в институте был 6 лет. Преподавали Закон Божий, русский, немецкий и французский языки с курсами краткой истории литературы каждого из языков; арифметику; естественную историю; русскую и всеобщую историю; географию русскую и всеобщую; рисование, музыку инструментальную и вокальную, пение и танцы; рукоделие и домашнее хозяйство. При этом главное внимание уделялось на практическое изучение новых языков и преимущественно французского, а также на обучение музыки. Возраст для поступления должен был быть не менее 9 и не более 12 лет [1; с. 67]. Для поступления в институт требовалось помимо метрического свидетельства и медицинского удостоверения о привитии оспы предъявить свидетельство о дворянском происхождении родителей. По истечении каждого учебного года в июне производились переводные и поверочные испытания. Окончившие курс института воспитанницы сначала подвергались экзаменам по каждому предмету, а затем, в присутствии начальницы, членов совета, почетных гостей и родителей производился публичный экзамен. Затем воспитанницам раздавались награды — медали и высочайшие подарки [1; с. 77]. Воспитанницам внушались правила скромности, уважения, повиновения, любви к родителям, и вообще ко всем старшим, взаимной любви и дружбы между собой, чувство благоговения и преданности царствующему дому. С 1864 г. были разрешены отпуска воспитанниц к родным на летние каникулы, а с 1878 г.— также на рождественские праздники и на Пасху, кроме воспитанниц старшего класса [1; с. 72]. В течение трех десятилетий начальницей института была Ольга Алексеевна Зеланд. При ней институт отметил юбилей — 50-летие. Уделяя большое внимание эстетическому развитию воспитанниц, она приглашала для них лучших преподавателей музыки и пения, устраивала не менее двух раз в год музыкально-вокальные вечера в присутствии почетных гостей института и родителей, где воспитанницы демонстрировали свои музыкальные успехи. Она много делала для бедных воспитанниц и, в особенности, для сирот, окончивших курс в институте. Одним она находила места учительниц и гувернанток, других назначала на должность классных дам. О тех воспитанницах, которые отличились выдающимися способностями к музыке и пению, она ходатайствовала перед начальством консерватории о помещении их на казенный счет [1; с. 75].
Дело воспитания из дворянских мальчиков будущих офицеров было возложено на кадетские корпуса. Одним из старейших военно-учебных заведений России, основанным в 1802 году за счет пожертвования местным дворянством капитала, было Тамбовское Дворянское училище на 120 воспитанников. В него принимали сыновей беднейших дворян на бесплатное содержание. В 1830 году училище было переименовано в кадетский корпус. С августа 1844 года корпус был преобразован в неранжированную роту нового Воронежского кадетского корпуса. В корпус принимались воспитанники от 9,5 до 11,5 лет на проценты с пожертвований дворянства Тамбовской, Пензенской, Саратовской, Воронежской губерний, Земли Войска Донского, а также своекоштные, то есть обучавшихся за свой счет, пансионеры и по распоряжению правительства. Дворянские воспитанники помещались по назначению предводителей, в числе, пропорциональном процентам с капиталов, пожертвованных каждой их приписанных губерний. Кандидаты должны были выдержать экзамены по Закону Божию, русскому языку и арифметике [4]. Кроме того, они подвергались медицинскому осмотру. В число воспитанников принимались только те, которые «оказывались при относительно крепком сложении и здоровье, свободными от телесных недостатков». Главной целью нравственного воспитания кадет закон ставил сделать их добродетельными и благочестивыми [3; с. 61, 63]. В кадетских корпусах преподавались Закон Божий, русский язык и словесность, французский и немецкий языки, арифметика, алгебра, геометрия, механика, естественная история и география, законоведение, статистика, артиллерия, фортификация, тактика, военная топография. Кроме того, с 1834 г. воспитанники обязательно обучались гимнастике, фехтованию и танцам, а в некоторых из них — верховой езде. Начальству заведений было предписано поощрять занятия воспитанников музыкой, пением, живописью и создавать для этого условия [3; с. 68, 74]. Степень нравственного достоинства кадетов определялась по баллам, причем полное их число 12 выражало отличное поведение; 11 и 10 — очень хорошее; 9, 8, 7 — хорошее; 6, 5, 4 — посредственное; 3, 2, 1 — дурное. С 1835 г. для наблюдения за успехами в науках, нравом и поведением были введены на каждого воспитанника аттестационные тетради. В них ротные командиры вписывали переход воспитанников по классам, полученные ими баллы, поступки, заслуживающие одобрения или порицания, обязательную характеристику каждого воспитанника [3; с. 64—67]. В корпусах существовала своя, хорошо продуманная система наказаний и поощрений. За наиболее важные проступки полагалось снятие погон с куртки, помещение на черную доску, в крайних случаях — наказание розгами (но только с разрешения директора), перевод в батальон военных кантонистов, с 16 лет — назначение на службу низшими чинами в армейские полки. Поощряли похвальными листами и книгами в подарок, помещением на красные доски имен наиболее отличившихся, произведением в ефрейторы, в младшие и старшие унтер-офицеры и в фельдфебели, предоставлением различных преимуществ при выпуске на службу. «Для возбуждения в воспитанниках стремления к воинской доблести», в кадетских корпусах на серые мраморные доски заносили имена лучших воспитанников каждого выпуска, а в церквах — на черные мраморные доски — имена всех бывших выпускников, павших на поле боя или умерших от полученных в сражениях ран [3; с. 67—68]. В 1860-х годах правительство приступило к преобразованию военного дела. Военный министр Д. А. Милютин считал существование кадетских корпусов невыгодным в финансовом отношении, так как слишком большие деньги тратились на одного офицера, особенно с учетом того, что вскоре после выпуска из корпуса часть офицеров уходила в отставку. Для того, чтобы приобрести знания, необходимые для офицера, по мнению министра, нужно было не более двух — трех лет, в то время, как кадетские корпуса, будучи одновременно и воспитательными и образовательными учреждениями, подготавливали своих питомцев к офицерскому званию в течение 7—8 лет. Для правительства, стремившегося одновременно сократить расходы на военное образование и улучшить его, это были весомые аргументы. Исходя из них, оно приступило к преобразованию кадетских корпусов в военные гимназии [2]. В апреле 1865 года было принято решение о закрытии части кадетских корпусов, среди которых был и Тамбовский. Содержание его, с финансовой точки зрения, было действительно невыгодно для военного ведомства и для правительства в целом. По расходу на наличного кадета Тамбовский корпус был самым дорогостоящим и заполнен менее, чем на половину штатного расписания [3; с. 90]. Но за время своего существования корпус дал образование и профессиональную подготовку очень многим бедным дворянам, которые верой и правдой служили своей стране как на военном, так и на гражданском поприще.
1 Верещагин П. А. Исторический очерк Тамбовского Александринского института благородных девиц. 1843—1893.— Тамбов, 1893. 2 Зайончковский П. А. Военные реформы 1860—1870 годов в России.— М., 1952.— С. 224-225. 3 Лалаев М. С. Исторический очерк военно-учебных заведений, подведомственных Главному их управлению.— СПб., 1880. 4 Памятная книжка для Тамбовской губернии на 1861 год. [Тамбов], б. г.— С. 7.
|